Праиндоевропейская религия.html



Праиндоевропейская религия — политеистическая религия праиндоевропейцев, общие черты которой удаётся восстановить путём сопоставления религиозно-мифологического материала различных индоевропейских народов.

править Пантеон

править Общие теории

Путём сопоставления языкового материала и мифов различных индоевропейских народов французский компаративист Жорж Дюмезиль пришёл к выводу, что протоиндоевропейское общество функционально делилось на три сословия — жреческое (ср. брахманы), воинское (ср. кшатрии) и земледельческое (ср. вайшьи). Каждой касте соответствовало особое божество: скажем, у жрецов это был грозный, но справедливый бог-судья, карающий бог-громовержец (Зевс-Юпитер-Один-Перун-Перкунас-Митра-Варуна), у воинов — бог войны (Тор-Марс-Арес-Индра), у земледельцев — бог плодородия (Фрейр — Квирин — Велес).

Гамкрелидзе и Иванов в противовес теории Дюмезиля выдвигают дуалистический принцип индоевропейской социальной организации^[1], который, по их мнению, отразился в близнечном культе и в мифе об инцесте близнецов, а также в мифе о вражде пандавов и кауравов (основной сюжет «Махабхараты»). Кроме того, боги представляются разделенными на две оппозиционные группы, находящиеся вместе с тем в родственных отношениях (девы и асуры в Индии, ваны и асы в Скандинавии, отчасти также олимпийские боги и титаны в Греции).

править Небесные божества

Солнечная повозка (Зеландия, XVII в. до н.э.) отражает свойственное индоевропейцам поверье в то, что Cолнце движется по небу на колеснице.

Согласно Гамкрелидзе и Иванову, по лингвистическим данным восстанавливаются два имени основных божеств ^[2]:

• «Бог-отец» — божество ясного неба (индийский Дьяус-питар, греческий Зевс, лувийский Тиваз, хеттский Сиу).
• Божество грома и боевой дружины (хеттский Пирва, индийский Парджанья, литовский Перкунас, славянский Перун, исландская Фьёргун).

Восстанавливается также имя основного противника бога-громовержца: славянский Велес, литовский Велняс, индийские Вала и Вритра. С противником богов связан и ряд ассоциирующихся с водой персонажей ^[3], чьи имена включают корень dhon (от которого происходят названия рек Дон, Днепр, Днестр, Дунай) — в Индии богиня Дану и данавы, в Ирландии племена богини Дану, осетинский Донбеттыр.

Удаётся восстановить ряд других божеств общеиндоевропейского пантеона. Среди них особенно отчётливо вычерчивается богиня зари и лета: в греческой традиции — Эос, в римской — Аврора, в ведической — Ушас, в балтийской — Аушра. Также к одной лемме (возможно, к той же, что и предыдущие) восходят имена: в кельтской — Эзус, в германской — Асы, в авестийской — Ахура и, вероятно, в славянской — Яро.

Хотя ранние исследователи представляли себе протоиндоевропейцев («арийцев») как огне- или солнцепоклонников, эти характеристики правильнее относить только к индоиранцам. В индоевропейских языках грамматический род солнца неустойчив. С одной стороны, мужское солнечное божество разъезжает по небу на колеснице (солнечная повозка Сурьи, колесница Гелиоса, колесница Ахуры-Мазды, индийская Вимана). Однако прослеживается и оппозиция Солнца как женского начала («мать»), месяцу — как мужскому началу («отец») ^[4]. Мифологический мотив свадьбы месяца и дочери солнца лучше всего сохранился в балтийской мифологии, однако встречается в одном из гимнов Ригведы и басне Эзопа.

править Мифология

Индоевропейским народам свойственны общие для племён всего мира мифологемы вроде мирового дерева и нечистого змея. Однако у индоевропейцев мировое древо связано с культом лошадей (Иггдрасиль — «скакун Одина» в Скандинавии; ашваттха, от корня ашва («конь») — название мирового древа в Индии)

Существовало представление о первых смертных — прародителях человеческого рода (индийский Яма, авестийский Йима, а также индийский Ману и германский Манн). Мотив принесения первочеловека в жертву (скандинавского Имира или индийского Пуруши) уходит корнями в праиндоевропейскую древность, а вот мотив брака неба и земли (Уран и Гея в Греции, Дьяус и Притхиви в Индии) распространён и за пределами индоевропейской общности.

Отличительная черта индоевропейских народов — вера в существование загробного мира. При этом рай, как правило, помещался в далёких странах (острова блаженных), а ад представляли как холодную полость под землей, вход в которую стережёт свирепый пёс (Цербер — Гарм).

Дюмезиль видел в разных индо-европейских традициях рудименты фигуры трикстера, наиболее ярко представленные в германском Локи, но также присущие греческому Гермесу, иранскому Ариману, а также ряду индо-европейских героев (Одиссей у греков, Сырдон у осетин, Брикрен у кельтов).^[5]

Мифы различных индоевропейских народов иногда демонстрируют удивительное сходство. Так, во многих странах встречается миф об украденном богом ветра стаде коров (или облаков). Излюбленный мотив фольклора индоевропейских народов — новобрачные, которых на ложе разделяет обнажённый меч. Дюмезиль отмечал, что в нартском эпосе (отражающем скифско-сарматскую традицию) есть эпизод, до мелочей соответствующий кельтской легенде о вручении Владычицей Озера герою меча Экскалибура.

Представляется вероятным, что праиндоевропейская религия допускала существование лесных и полевых духов как мужского (эльфы, гномы, сатиры, лешии), так и женского пола (нимфы, русалки, хульдры, апсары).

править Культ героев

У индоевропейских народов был развит культ героев — мужей, наделённых необыкновенными качествами, которые с детства выделялись среди равных себе, а в битвах снискали бессмертную славу. Славить героев в своих песнях были призваны бродячие поэты (барды, скальды, витии). Сюжеты многих героических мифов строятся на перипетиях взаимоотношений героя с отцом.

Во многих индоевропейских мифах нарисован образ непобедимого героя, который гибнет по причине наличия на его теле единственного уязвимого места, как правило, в области ног:

• Уязвимое место Ахилла — Ахиллесова пята.
• Уязвимое место Зигфрида — на спине, чем и не преминул воспользоваться Хаген.
• Тело Кришны непобедимо, за исключением подошв его ног, и именно в это место поражает его роковая стрела.
• В «Шахнаме» тело Асфандияра неуязвимо, но Ростам поражает его особой стрелой в глаз.
• Рождённый из осемененного камня Сослан был закалён в ледяной воде, молоке волчицы и расплавленном железе, но его колени остались незащищенными, и именно по ним нанесло удар отлетевшее колесо.
• У ирландского героя Conganchnes mac Dedad столь жёсткая кожа, что холодное оружие отскакивает от неё. Однако неверная жена выведала у него то, что убить его можно, загнав раскалённые спицы через подошву в голень. Усыпив мужа, жена прибегает к этому методу.

править Культ лошадей

Во многих индоевропейских традициях, и особенно в индоиранской, прослеживается культ лошадей. С этим связаны конные жертвоприношения и колесничные погребения, особенно характерные для андроновской культуры. Отдельные черты этих ритуалов сохранялись и в позднейшее время (эквирии в Риме).

С культом лошади связаны фигуры божественных близнецов, которые в ряде традиций считались сыновьями богини лошадей. В Греции эти фигуры назывались диоскурами, в Германии — Алками, в Индии — Ашвинами, в Литве — сыновьями Диеваса, в Риме их роль играли Ромул и Рем, «лошадиные» имена носят также первые короли Кента братья Хенгист и Хорса.

править Обряды

Сведения об обрядах инициации и брака в протоиндоевропейском обществе скудны и противоречивы. У многих индоевропейцев был обычай перед инициацией изгонять юношей из поселения. Во время пребывания в таком отряде юноши должны были вести себя «по-мужски», то есть нарочито грубо и разнузданно, пренебрегая социальными установлениями. Ещё не до конца выясненную роль в этом играл культ собаки или волка: возможно, спутником юноши в отряде был пёс, или было принято одеваться в волчьи шкуры (отсюда — позднейшие представления об оборотнях, луперкалии).

Во многих индоевропейских обществах существовал обряд коллективного вкушения некого божественного напитка, который позволяет смертному приобщиться к богам с танцами, музыкой и песнями. Перед битвой жрецы приготовляли напиток и раздавали его воинам, которым он придавал бесстрашие и неуязвимость в бою. В ведической традиции напиток именуется «сома», в иранской — «хаома». У европейских народов потребление галлюциногенного напитка было заменено ритуальным употреблением пряных алкогольных напитков (мёд на пирах и блотах северных народов, вино — на эллинских симпосиях).

Данный обряд, по-видимому, восходит к архаическому и свойственному многим народам представлению о том, что богов надо кормить и поить напитком бессмертия, иначе они умрут и наступит конец света. В Греции этот напиток назывался амброзией, в Индии — амрта («не-мёртвый»). Готовили его жрецы. Приносимые в жертву богам продукты питания сжигались на костре: огонь считался «устами божества», так как дым восходит к небу.

В исторические времена человеческие жертвоприношения были явлением скорее исключительным (в Риме — в разгар войны с Ганнибалом, в Киеве — при Владимире Святославиче, в Скандинавии — на блоте в Старой Уппсале), однако исследованные в последние годы курганы Мергелевой гряды в Луганской области свидетельствуют о распространении обряда среди носителей ямной культуры. Почти все индоевропейские народы в древности сжигали мёртвых на погребальных кострах, хотя в более ранний период, по-видимому, практиковалась ингумация в курганах (по материалам ямной культуры — на спине с согнутыми ногами). Вслед за кремацией совершались погребальные игры и тризна.

править Мифологии отдельных индоевропейских народов

• Армянская мифология
• Балтийская мифология
• Латышская мифология
• Литовская мифология
• Германская мифология
• Греческая мифология
• Индийская мифология
• Римская мифология
• Ирландская мифология
• Славянская религия
• Кельтская мифология
• Румынская мифология
• Хеттская мифология
• Иранская мифология

править Примечания

править Литература

• Encyclopedia of Indo-European Culture, ed. J. P. Mallory, Douglas Q. Adams, Fitzroy Dearborn, London, 1997
• M. L. West. Indo-European Poetry and Myth. Oxford University Press, 2007.
• Иванов В. В., Топоров В. Н. Индоевропейская мифология. // Мифы народов мира. М., 1991-92. Т.1. С.527-533.